Откуда мог взяться рейс MH17?

1 февраля 2013 года авиакомпания Малайзийские авиалинии вступила в альянс авиаперевозчиков OneWorld.

Давайте посмотрим на этот альянс более внимательно.

Oneworld — третий крупнейший авиационный альянс в мире — после Star Alliance и SkyTeam. Авиакомпании — члены альянса и их подразделения отличаются высокой степенью сотрудничества в планировании, продаже билетов, программах лояльности, стыковках рейсов, кодшеринге, совместном использовании терминалов аэропортов, что сокращает затраты и позволяет обмениваться опытом.

Oneworld был создан в 1999 году, был первым альянсом авиакомпаний, который использует централизованную систему управления. Находящийся в Нью-Йорке центральный офис Oneworld управляется Управляющим Партнёром, который отчитывается перед Правлением альянса, которое состоит из руководителей каждой из авиакомпаний — участников альянса. Председатель Правления избирается по принципу ротации. Отчитываются Управляющему Партнёру главы подразделений: Коммерческого отдела, IT, PR, Отдела аэропортов и работы с потребителями и Глобальный Проектный Директор.

Авиакомпании — члены альянса также применяют единые принципы работы, насколько это возможно, ведут одинаковую политику и используют одинаковые процедуры, сотрудничают в технологической сфере. Затраты членов альянса оптимизируются через единые закупки.

Oneworld был признан Skytrax Research лучшим авиационным альянсом в 2013 году.

Чьи самолеты использует альянс?

Общий пассажирский флот полноправных членов альянса состоит из 3324 самолётов, в том числе:

1511 самолётов American Airlines;
431 самолёт British Airways и Iberia;
216 самолётов Japan Airlines;
192 самолёта Cathay Pacific;
189 самолётов Qantas Airways;
172 самолёта TAM Airlines;
129 самолётов Qatar Airways;
106 самолётов LAN Airlines;
88 самолётов Malaysia Airlines;
66 самолётов S7 Airlines;
45 самолётов Finnair;
31 самолёт Royal Jordanian;
21 самолёт SriLankan Airlines.

А теперь почитаем любопытную статью про альянс OneWorld и авиакомпанию Малайзийские авиалинии.

Malaysia Airlines станет участником альянса oneworld 1 февраля 2013 года

Posted on November 4, 2012 by Travel PR News Editors image_print

2012-11-04 — /travelprnews.com/ — Malaysia Airlines присоединится к глобальному авиационному альянсуoneworld® 1 февраля 2013 года. Национальная авиакомпания Малайзии получила право на вступление в альянс после успешного завершения аудита, проведенного специалистами альянса и авиакомпании Qantas, выступающей спонсором вступления.

Авиакомпания оперирует парком из 88 самолетов, в том числе Airbus A380, и выполняет более 250 рейсов в день. В 2011 году авиакомпания перевезла 13 млн пассажиров, выручка составила 13,6 млрд малазийских ринггитов (US$ 4,5 млрд).

Если вы всё внимательно прочитали, то наверное заметили, что в альянсе OneWorld нет голландской авиакомпании KLM, которая базируется в амстердамском аэропорту Схипхол…

Что вы говорите? Причем здесь KLM? А давайте зайдем в Википедию и почитаем статью про авиакомпанию Малайзийские авиалинии в редакции от 17 июля 2014 года.

список залов ожидания

Заметили в списке аэропортов, в которых есть собственные (авиакомпании Малайзийские авиалинии) залы повышенной комфортности «Golden Lounge» для пассажиров Первого и бизнес- классов, аэропорт Схипхол? И я тоже не заметил.

Теперь давайте посмотрим в каких городах Европы есть хабы альянса OneWorld.

Хаб (англ. hub, буквально — ступица колеса, центр) — в общем смысле, узел какой-то сети.

В авиации (на англ. часто gateway — шлюз) — узловой аэропорт, достаточно крупный пересадочный и перегрузочный транспортный узел с необходимым набором сервисов, имеющий подходящее географическое положение.

карта хабов альянса

1 – Лондон
2 – Дюссельдорф
3 – Берлин
4 – Мадрид
5 – Хельсинки
6 – Москва.

Заметили в этом списке Амстердам? И я не заметил. Странное совпадение – в списке залов повышенной комфортности авиакомпании Малайзийские авиалинии и в списке хабов альянса OneWorld – отсутствует аэропорт Схипхол.

Может действительно не летали рейсы авиакомпании Малайзийские авиалинии из Амстердама в Куала-Лумпур? Да нет – летали. Вот и подтверждение.

С самим этим рейсом большие неясности. Вот что пишет в фейсбуке дама, знакомая с расписанием амстердамского аэропорта:
«Netochka Nezvanova Что-то странное с этим рейсом: единственный ежедневный рейс из Амстердамского аэропорта Schiphol на Куала-Лумпур Боинг-777 Малазийских линий — это совместный с Air France/ KLM рейс MH5631.
Он каждый день вылетает из Амстердама в 20:50 мест. времени, время в пути 12ч 35мин.
Вчерашний вылетел по расписанию и уже приземлился в Куале в 14:47.
Сегодняшний еще не взлетел …

Этот текст появился в сети 18-го июля 2014 года и он то нам всё и объясняет.

Самолеты альянса OneWorld не летают в Амстердам, так как аэропорт Схипхол не входит в список их хабов. Но никто не мешает членам альянса выполнять совместные (кодшеринговые) рейсы с авиакомпаниями других альянсов.

Код-шеринг (Codeshare agreement) – это «обмен кодами», соглашение между двумя или более авиакомпаниями, которое позволяет авиакомпаниям объединять свои коды и использовать рейс совместно. Например, пассажир купил билет у Аэрофлота, но по факту полетел на самолете Air Baltic.

Что там рассказывает “Неточка Незванова”?

единственный ежедневный рейс из Амстердамского аэропорта Schiphol на Куала-Лумпур Боинг-777 Малазийских линий — это совместный с Air France/ KLM рейс MH5631.

Давайте его поищем.

рейс MH5631

Видите? Неточка маленько ошиблась – это Боинг 777-200 не Малайзийских авиалиний, а голландской авиакомпании KLM. На котором авиакомпания Малайзийские авиалинии совершала и совершает свой (единственный ежедневный) кодшеринговый рейс MH5631 Амстердам – Куала-Лумпур.

рейс KLM 809

А теперь давайте посмотрим как выглядят голландские Боинги 777.

Boeing-777

Что-то похожее я где-то видел…

15-е июля

16-е июля

Видите, как элегантно Анатолий Шарий превратил кодшеринговый рейс MH5631 в операторский рейс MH17?

9M-MRD

А вот если бы он (или кто?) не переименовал рейс MH5631 в рейс MH17, то было бы всё намного достовернее, да?

Но вы же понимаете: рейс №17; 17 Боингов 777-200 в авиакомпании; 17 лет самолету (День рождения); 17-е число… И отправил его диспетчер в последний момент в путевую точку ROMEO.. (которому тоже было 17 лет).

Скоро очередная дата крушения. Как там поживает международная следственная группа? Не задолбалась еще расследовать?

9M-MRC? АшиПка фотографов…

Все наверное в курсе, что Боинг 777-200ER с бортовым номером 9M-MRD был дважды сфотографирован перед вылетом из амстердамского аэропорта Схипхол 17-го июля 2014 года?

Вот первое фото.

фото от корпан

После того, как кто-то глазастый сообщил, что буковки RC на дверце люка переднего шасси не соответствуют буковкам, которые должны были быть согласно легенде (RD) – мировой общественности показали другое фото.

фото от Рейтер

Правка была сделана солидно и все сразу заметили, что буковка С стала больше походить на буковку D. Все-таки агентство Reuters это серьезная контора…

Но вот что интересно. Международной следственной группе, которая проводит расследование, этого показалось мало и она тоже изменила (добавила) кое-что на фюзеляже – недалеко от этих буковок.

сайт международной следственной группы

станица с видео

Открываем это видео на Ютубе.

логотип альянса

Видите? Они еще добавили на борт логотип альянса OneWorld. Что вы говорите? Я показываю самолет не с той стороны? Действительно, сейчас исправлюсь.

логотип альянса

Представляете какая неприятность? Международная следственная группа жуликов забыла, что 31 января 2013 года авиакомпания “Малайзийские авиалинии” вступила в международный альянс авиаперевозчиков OneWorld и наклеила на все свои борта логотипы альянса…

альянс OneWorld

логотип на борту

И эти люди говорят, что мы сбили какой-то Боинг? Не смешно, граждане…

Глюк с Семеновкой или первый прокол войны.

Ты помнишь, как все начиналось?

Начало вооружённого противостояния.

13 апреля повстанцы из отряда Стрелкова атаковали сотрудников СБУ в восьми километрах от Славянска в районе посёлка Семёновка. В результате боя был убит офицер спецподразделения «Альфа» Геннадий Биличенко, тяжёлые ранения получили командир “Альфы” и полковник СБУ, ранен сотрудник МВД[41].

В этот же день Совет национальной безопасности и обороны Украины принял решение о начале антитеррористической операции (АТО) против сторонников федерализации в Славянске[42].

Википедия пишет, что “поджог Рейхстага” произошел в восьми километрах от Славянска – в поселке Семеновка? Давайте проверим – есть ли такой населенный пункт в Славянском районе Донецкой области.

Список населенных пунктов

Какая жалость – нет такого населенного пункта в восьми километрах от Славянска.

Что вы говорите? Нужно посмотреть на карте? Давайте посмотрим.

Семеновка на карте

Ёлы-палы. Действительно, в семи километрах и в трехстах метрах от центра города и в его черте находится поселок Семеновка. Как такое может быть? А это прокол “картографистов”. Не может внутри населенного пункта находится другой населенный пункт.

Давайте почитаем Википедию дальше.

5 мая боевые действия под Славянском возобновились, частям Национальной Гвардии удалось вернуть под свой контроль телестанцию и возобновить трансляцию украинских телеканалов. В результате столкновений в микрорайоне Семеновка проправительственные силы потеряли 4-х человек убитыми, со стороны местных жителей погибло 20 человек[94]. Около полудня повстанцы сбили ещё один вертолёт огневой поддержки Ми-24, используя крупнокалиберный пулемёт[95]. В свою очередь, украинские самолёты уничтожили собранный из гражданских грузовых вагонов бронепоезд повстанцев[96].

Начиная с 5 мая 2014 года, Славянск регулярно попадал под артиллерийский обстрел, огонь вёлся как по блокпостам повстанцев, так и по жилым домам[97].

Ёлы-палы, оказывается Семеновка это не поселок, а микрорайон. Вот почему он находится на карте в черте города и вот почему его нет в списках населенных пунктов Славянского района…

Тогда, граждане, я не пойму для чего нам нарисовали вот это?

Дорожный знак Семеновка

Где по настоящему я увидел разрушения, то на развилке Слаянск — Харьковская трасса — Семеновка. Торговые киоски, где продавали сувениры и славянскую керамику, разбиты, линии электропередач с перебитыми осколками проводами. В Семеновке, кстати, восстановили электроснабжение еще не всех потребителей.

Прямо на асфальте видны воронки от минометных попаданий, есть такие, где расплавился от взрыва асфальт и расплескался, оставив след от остывшей жидкой массы. Меня предупреждают: «На обочину старайся не ходить. В округе еще встречаются мины и растяжки». Особенно много их в лесу, что делает наступающий вскоре грибной сезон экстремальным.

***

На въезде в Семеновку зона абсолютных разрушений. Детсад, квартал многоквартирных домов, психбольница, дом культуры — вот здесь настоящий Сталинград.

В психбольнице обосновались во время боев иностранные наемники и сепаратисты. Здесь был эпицентр боев. В округе разрушены даже опоры линии электропередач, изорванные провода свисают до земли.

Откуда в этом месте жутких боев мог взяться дорожный знак “Начало населенного пункта Семеновка”, если Семеновка это микрорайон?

Знак с синим фоном

А объясняет эти косяки вот эта фотография Андрея Стенина.

Нет знака

Видите, как всё просто? Нет дорожного знака “Семеновка” – нет войны. Есть знак, и куда войне деться?

Дорожный знак Семеновка

А это “компот” – третье блюдо про Семеновку, разрушенную фосфорными бомбами. Только старайтесь сдержать смех.

Инцидент с рейсом MH17

ЕС призвал Россию признать ответственность за крушение MH17

Страны Евросоюза на саммите ЕС в Брюсселе приняли резолюцию, призывающую Россию признать ответственность за крушение малазийского Boeing MH17 над Донбассом в 2014 году. Об этом сообщает AFP.

«Евросовет подтверждает полную поддержку резолюции СБ ООН 2166, касающуюся сбитого рейса МН17. Он призывает Российскую Федерацию признать ответственность и в полной мере сотрудничать с прилагаемыми усилиями по установлению истины, справедливости и ответственности»,— говорится в документе.

Привлечь Россию к ответственности за причастность к крушению MH17 уже обещали Нидерланды и Австралия. Они требуют компенсации родственникам жертв крушения. Признать ответственность за катастрофу также призывали НАТО и глава европейской дипломатии Федерика Могерини.

Авиакатастрофа с MH17 произошла 17 июля 2014 года. Самолет выполнял рейс Амстердам—Куала-Лумпур и был сбит из ЗРК «Бук». На борту лайнера находились 298 человек, все погибли.

Как можно привлекать Россию к какой-то ответственности, если инцидент произошел в небе над Польшей?

ицидент

лайф самолет президента

– Борт номер один и малазийский “Боинг” пересекались в одной и той же точке и на одном эшелоне. Это произошло близ Варшавы на 330-м эшелоне на высоте 10100 метров. Борт номер один был там в 16:21, а малазийский самолет – в 15:44, – пояснил источник.

Надо же, всё сходится до секунды!!! Вот только непонятно – почему после инцидента малайзийский аэроплан полетел дальше – в Украину?

Инцидент над Польшей

Инцидент (лат. incidentis — «случающийся») — случай, недоразумение, происшествие (обычно неприятное), столкновение[1].

В соответствии с Российским законодательством (116-ФЗ от 21.07.1997), инцидент – отказ или повреждение технических устройств, применяемых на опасном производственном объекте, отклонение от установленного режима технологического процесса[2].

После четырех лет войны, в Украине военным разрешили наконец применять оружие

Многие из тех, кто следят за событиями в Украине, недоумевают – четыре года там идут военные (судя по сообщениям о потерях в живой силе) действия, а линия противостояния не подвинулась ни на миллиметр…

Может всё дело было в неправильном названии этого побоища?

Антитеррористическая операция Киева в Донбассе официально завершилась 30 апреля. Вместо нее начата Операция объединенных сил, которая носит сугубо военный характер. Начиная с этого дня Вооруженные силы Украины получают практически неограниченные права в регионе, что напрямую противоречит Минским соглашениям.

Четыре года в Донецкой и Луганской областях украинцы пытались истреблять террористов, но у них ничего не получилось. Почему? А потому, что операция оказывается не была военной. Нас всех самым бессовестным образом обманывали…
Только сейчас разрешено применять оружие. В случаях крайней необходимости…

На что будут иметь право военные?

Военные получают особые полномочия и в случае крайней необходимости могут:

– использовать оружие и спецсредства;
– задерживать лиц и доставлять их в полицию;
– проверять документы;
– осуществлять личный досмотр граждан, их вещей и транспортных средств;
– временно ограничивать или запрещать движение транспорта и пешеходов;
– входить в жилые и иные помещения, принадлежащие гражданам;
– пользоваться в служебных целях транспортом и средствами связи граждан, предприятий и организаций, за исключением транспортных средств дипломатических и международных организаций.

К чему нам всем готовиться? А лет через десять нам сообщат о чудовищной ошибке – патроны у военных окажутся холостыми…

В какой ливрее должен быть борт рейса MH17?

31 января 2013 года авиакомпания “Малайзийские авиалинии” вступила в альянс авиаперевозчиков “OneWorld” и перекрасила все свои 88 бортов в новые ливреи.
Что вы говорите? Какие ливреи у них были старые? А вот они.

старые ливреи

Давайте посмотрим ливреи членов альянса “OneWorld”. Борта авиакомпании “Малайзийские авиалинии” я буду выделять красной рамкой.

ливрея (кадр 1)

ливрея (кадр 2)

ливрея (кадр 3)

ливрея (кадр 4)

ливрея (кадр 5)

ливрея (кадр 6)

ливрея (кадр 7)

ливрея (кадр 8)

ливрея (кадр 9)

ливрея (кадр 10)

ливрея (кадр 11)

ливрея (кадр 12)

ливрея (кадр 13)

ливрея (кадр 14)

ливрея (кадр 15)

Смотреть можно до бесконечности. Но обратите внимание – “Яндекс” показывает фотографии не только бортов альянса “OneWord”, но вот такой ливреи

ливрея (кадр 16)

вы здесь не увидите.

И Жероин Аккерманс тоже на это тонко намекает.

ливрея (кадр 17)

– Звиняйте, граждане, вот такой вы должны были увидеть самолетик, но вмешались потусторонние силы, – жалобно сообщает мастер художественной фотографии…

Жероин Аккерманс

Интересно, кому пришла в голову такая смешная версия?

ливрея (кадр 18)

Глеб Травин и какие-то полярные станции

Продолжение. Начало здесь.

Все авторы, написавшие что-либо про знаменитого путешественника Глеба Травина упоминают, что он был (жил какое-то время) на полярных радиостанциях “Вайгач” и “Югорский шар” – весной и летом 1930 года.

А давайте почитаем самого Травина Глеба Леонтьевича  в журнале “Вокруг света”, который не мог не опубликовать его рассказ.

Это случилось ранней весной 1930 года. Я возвращался по льду вдоль западного побережья Новой Земли на юг, к острову Вайгач. Весь день дул ураганный восточный ветер. Его шквальные порывы сбрасывали меня с велосипеда и волокли по льду на запад. Выручал нож. Я вонзал его в лед и держался за рукоятку, пока ветер немного не утихал. Устроился на ночлег далеко от берега, в открытом море. Как всегда, вырубил топориком несколько кирпичей из утрамбованного ветром и скованного морозом снега, сделал из них заветрие-хоронушку. У изголовья поставил велосипед передним колесом на юг, чтобы утром не терять время на ориентировку, загреб на себя побольше пухлого снежка с боков вместо одеяла и заснул.

Что написал путешественник? А товарищ Травин сообщает, что он перемещается от Новой Земли к Вайгачу и больше ничего…

Читаем далее.

Я подготовил себя к путешествию только с расчетом на свои силы. Помощь со стороны оказывалась для меня просто помехой. Особенно остро я это почувствовал на борту ледокола «Ленин», затертого льдами у Новой Земли в Карском море. Ледовая обстановка в июле 1930 года была очень суровая. Путь к устью Енисея, куда ледокол вел целый караван советских и зарубежных судов за лесом, был закрыт льдами. Узнав об этом, я взял на фактории острова Вайгач старую лодку, отремонтировал ее, поставил парус и отправился с врачом и еще двумя попутчиками к месту «заточения» ледокола. Дойдя до ледовых полей, мы высадились из лодки и добрались до борта корабля пешком… Часть пути все же удалось проехать на велосипеде.

Где он взял лодку? А взял он ее на фактории острова Вайгач.
Где-нибудь написано в тексте про полярную станцию? Нет – нигде не написано. А что такое фактория?

Факто́рия (торговый пост) — торговое поселение, образованное иностранными (чаще всего европейскими) купцами на территории другого государства или колонии. Факториями назывались подобные же образования в отдалённых районах своей страны. Это же название носят торговые конторы, образованные в отдалённых регионах с той же целью.

Мог  путешественник узнать на фактории острова Вайгач, что ледокол “Ленин” затерт льдами у Новой Земли в Карском море? Нет, никак не мог.  Где он взял врача и попутчиков до ледокола “Ленин” – в тексте тоже не сообщается.

А что написал журнал “Вокруг света” (№19, 1930г.) и газета “Северная правда” (“Правда Севера”) от 8 апреля 1930 года?

заметка в "Вокруг света"

заметка из "Правды Севера"

Что-нибудь рассказывает Травин об этом? Ни одним словом.

Как дети лейтенанта Шмидта книжки писали…

Продолжение. Начало здесь.

В 2016 году Павел Филиппович Конюхов наконец написал книгу о своем знаменитом велопутешествии по пути Глеба Травина.

П. Конюхов "Навстречу солнцу"

Давайте поищем в тексте – когда произошло это событие.

Но дольше гулять по городу мы не можем себе позволить. Надо спешить укладывать вещи, собирать велосипеды. Откладывать старт нельзя: наступающая весна не дает никакой передышки. Идем в общежитие. Спешим. Нетерпение перед предстоящим началом уже подгоняет нас. Это чувство, когда все проволочки, все затруднения подготовки позади, а впереди лишь ждет дорога, знакомо нам, оно волнует. Так спортсмен, наверное, забирается на вышку, с которой собирается прыгать, и замирает наверху – мгновение отделяет его от свободного полета.

Нам первые километры свободного движения ­дались нелегко. Велосипеды загружены так тяжело, что руль водит из стороны в сторону. С трудом удерживаемся на сиде­нии, но дорога пока хорошая, и это нас спасает. Завтра асфальт закончится, и тогда предстоит испытать с лихвой всего: и глубокий снег, и распутицу днем, и всю грязь, и слякоть, о которой говорили нам местные жители.

Как видим, в книге прописан только год – 1987. Год есть и хорошо. Но книжка Павла Филипповича не единственная про этот мужественный бросок на вилисапетах по сугробам Крайнего Севера – Федор Филиппович тоже маленько накропал.

Ф. Конюхов "Брат за братом"

А у старшего брата года нет, но зато есть число и месяц – 15 апреля. Совместными усилиями братьев-путешественников выходим на точную дату. Но вот какой казус. Нарьян-Марский журналист Виктор Толкачев утверждает, что старт произошел маленько позднее.

В. Толкачев публикации 1980

В.Толкачев публикации 1987

Маршрутом Глеба Травина / В.Толкачев // Советская Россия. — 1987. — 28 апр.
Дальневосточники С.Велко, Ф.Абдуллин и П.Конюхов отправились на велосипедах в полярную экспедицию вдоль побережья. В 30-е годы похожий маршрут преодолел Г.Травин.

Что вы говорите? У Толкачева не написано откуда стартовала экспедиция? Да, в библиографии Толкачева не написано, зато хорошо было написано Толкачевым в газете “Советская Россия”.

Уже когда рукопись книги была сдана в издательство, газета «Советская Россия» (Толкачев, 1987) сообщила, что молодые дальневосточники из города Находки С. Велко, Ф. Абдуллин, П. Конюхов начали полярную туристско-спортивную экспедицию на велосипедах из
Нарьян-Мара до восточной оконечности Советского Союза – мыса Дежнева. Их маршрут пройдет по тем же, но теперь в значительной степени освоенным геологами, нефтяниками, газовиками местам, по которым 56 лет назад в одиночку пробивался на восток Глеб Травин.

История туризма

История туризма

Но кроме книжек Федора и Павла, существует еще статья в журнале “Вокруг света” – куда же без него?

журнал "Вокруг света" 5 1988

Прошлой весной в день открытия XX съезда ВЛКСМ началась арктическая велоэкспедиция по маршруту Архангельск — Уэлен. Участники ее — члены Клуба имени Глеба Травина. Организацию экспедиции приморцев взял на себя горком комсомола города Находки.
О первом этапе путешествия рассказывают наши специальные корреспонденты Владлен Крючкин и участник велопробега Федор Конюхов.

Осталось узнать – когда открылся XX съезд ВЛКСМ?

20 съезд Всесоюзного ленинского коммунистического союза молодежи: 15-18 апреля 1987 года : стенографический отчет

Видите, как чудно год из книжки Павла Конюхова и день с месяцем из книжки Федора Конюхова идеально сходится с информацией из журнала “Вокруг света”? Но вот какая незадача – Виктор Федорович Толкачев в 1987 году жил не в Архангельске, а в Нарьян-Маре…

Получается, что 15 апреля 1987 года дальневосточные туристы (без лишнего шума) стартовали из Архангельска, а 28 апреля 1987 года уже выехали из Нарьян-Мара?

Что-то тут не то. Не могли путешественники (работающие под “крышей” горкома комсомола, г. Находка) выехать в день открытия ХХ съезда ВЛКСМ в такое солидное путешествие без лозунгов и транспарантов.

В дальнейшем путешествовал от горкома комсомола. Они деньги не давали, но давали бумажку, по которой нас пускали бесплатно ночевать в общежития и ремонтировали снаряжение.

Давайте “пощупаем за вымя” журнал “Вокруг света”. Вот что пишет специальный корреспондент журнала Владлен Крючкин.

2 апреля 1987 года все участники экспедиции, включая и нашу киногруппу, прибыли в Архангельск. Синоптики обещали устойчивые заморозки в Архангельской области, но не успели мы все собраться, как заморозки резко пошли на убыль. Снежный наст стал раскисать. Тогда мы решили изменить маршрут. Вначале от Архангельска нам хотелось пройти по замерзшим болотам на восток, через Пинегу, село Лешуконское, далее — до Усть-Цильмы, где по льду Печоры мы собирались пойти на север в сторону Нарьян-Мара. Теперь нам ничего не оставалось, как взять более северный маршрут, где еще держались морозы и был крепкий наст.

Архангельск покидали 4 апреля. Впереди у ребят до Нарьян-Мара более 700 километров. Первые две недели двигались довольно быстро. Попадались участки с накатанной дорогой, с ухоженными зимниками, крепким льдом рек и озер. Легче всего было ехать по льду. Жми на педали, но только не виляй рулем.

Мы с киноаппаратурой двигались след в след. Пока была зимняя дорога — на «козле», кончился зимник — на вездеходе.

И еще маленько от Крючкина.

Почти месяц как мы в пути. Сопровождаем на чем придется — автомобилях, вездеходах, оленях, вертолетах и даже пешком — трех отчаянных ребят из Приморья — Павла Конюхова, Сергея Вилкова и Фарида Абдулина, дерзнувших проехать на велосипедах по маршруту легендарного Глеба Травина. Снимаем о них киноочерк для Альманаха кинопутешествий и делаем путевые записи для журнала «Вокруг света». Иногда на два-три дня мы покидаем экспедицию, уходя то вперед по маршруту, то в сторону, то задерживаясь для киносъемки окрестностей. Вот и сейчас пошли третьи сутки, как мы догоняем ребят на «Буране», двигаясь по компасу и карте. Я сижу за спиной владельца «Бурана», охотоведа Сергея Петрусенко из Нарьян-Мара, и борюсь со сном — не спали уже двое суток.

Позади остался Пустозерск, город, основанный в 1499 году недалеко от устья Печоры воеводами Семена Курбского. В полусне мне нет-нет да видятся огромные деревянные кресты со старославянскими надписями и полуразрушенные венцы строений — все, что осталось от Пустозерска.

Владлен Крючкин (режиссер-документалист “Центрнаучфильма”) и редакция журнала “Вокруг света” запустили “дурочку” – авось прокатит. У редакции хлопчики покинули Архангельск 15 апреля 1987 года (в день открытия ХХ съезда ВЛКСМ), а у Крючкина они отбыли в Нарьян-Мар 4 апреля 1987 года.

Но, за 24 дня на велосипедах (читайте – пешком) от Архангельска до Нарьян-Мара добраться невозможно и Крючкин маленько подстраховался…

Вначале от Архангельска нам хотелось пройти по замерзшим болотам на восток, через Пинегу, село Лешуконское, далее — до Усть-Цильмы, где по льду Печоры мы собирались пойти на север в сторону Нарьян-Мара. Теперь нам ничего не оставалось, как взять более северный маршрут, где еще держались морозы и был крепкий наст.

А Павел Филиппович видимо журнал “Вокруг света” не читал и написал следующее.

Вчера мы ехали до самой темноты и уже ночью прибыли в поселок Усть-Цильма. Днем нам навстречу ­выезжал Владлен Васильевич со своей аппаратурой, снимал нас в дороге на кинокамеру. Подъехал красиво, на оленьей упряжке. Нам сказал, что будет ждать в поселке, уже договорился с гостиницей и выяснил, что потом до Нарьян-Мара дорога будет хорошая. Вот мы и добирались из последних сил в надежде на теплый угол. Здесь еще царит зима, потому и дорога устойчивая.

В Усть-Цильме пробыли целый день. У местных жите­ лей проходил праздник Севера, и Крючкин попросил нас задержаться, хочет поснимать и праздничное гуляние, и нас на фоне местных жителей. Мы, конечно, будем смот-­ реться колоритно в своих анораках защитного цвета ниже колен на фоне ярких нарядных одежд, но соглашаемся – что не сделаешь ради искусства и в помощь нашему другу?

С Крючкиным мы все хорошо сдружились. Он хлопот­ливый, но открытый и честный человек, очень любит свое дело. За что мы его и уважаем, и терпим эту суету возле него. К тому же он хорошо знает Север и часто помогает нам дельным советом.

Утром вышли на улицу и сразу почувствовали праздничное настроение. Поселок большой, люди в национальных одеждах, принаряженные. Музыка играет громкая. Оглядываемся по сторонам: вокруг оленьи упряжки съезжаются к центру поселка, приезжают сюда из других окрестных мест. Нам очень повезло. Первый раз видим подобное зрелище. И так красиво! Мороз небольшой, небо высокое, чистое, снег белый, и только головы оленей качают­ ветвистыми рогами, и мелькают разноцветные узоры на орнаментах одежд людей.

Председатель сельсовета представил Крючкина и нас жителям и гостям поселка. Радостные крики из толпы, хлопанье в ладоши сразу сделали нас своими в этом ­обществе. А когда начался сам праздник, и нам предложили поучаствовать в соревнованиях, мы с Фаридом сразу согласи­лись. Приятно было разделить со всеми общее ­веселье, радость общения, удовлетворить искренний интерес жителей к нам.

Первым выступал Фарид. Он выбрал метание тыньзянов*. Вначале отошел в сторону, потренировался, а потом пристроился в очереди участников, невозмутимо ожидая своего часа, да так и стоял. Но когда подошел его черед, инте­рес к его персоне снова возрос, все замолчали и напряг­лись в ожидании. Публика была настроена доброжела­тельно, однако и им хотелось узнать, что за гости, что мы собой представляем по их меркам? Мы с Сергеем запережи­вали. А Фарид спокойно пошел по кругу, вот он огляделся, примерился…

Сотни глаз блестят, сосредото­чили свой взгляд на нем, ожидают. Фарид идет дальше, что-то там наклоняется, несколько раз выкидывает руки в направлении шеста, нетерпение болельщиков возрастает, а он все ходит по кругу. А потом я так и не заметил, когда он метнул веревку, но толпа взорвалась криками и громом аплодисментов. При подведении итогов оказалось, что Фарид очень хорошо выступил и, хоть и не занял призового места, но был награжден ценным подарком. Ему бы потренироваться в этих краях неделю, и Усть-Цильма получила бы нового чемпиона.

Следующая очередь была моя, и я тоже выступил хоро­шо, сказалась легкоатлетическая подготовка в юнос­ти, а прыжки я любил всегда. Передо мной стоял десяток нарт на некотором расстоянии друг от друга. Надо было прыгать через каждую из них и так до конца ряда, а потом, если не сбился, повторить заново и так до победного конца, кто больше перепрыгнет. Я с удовольствием проделы­вал прыжки, люди вокруг смеялись, подбадривали меня, вокруг царило искреннее веселье и смех.

Довольные успехом мы еще долго наблюдали праздник. Нам здесь нравилось все, и мы не раз, наверное, будем вспоминать этот день, как одно из приятных мгновений тяжелого пути.

А вот здесь тов. Конюхов лажанулся еще конкретнее. Крючкин пишет, что Усть-Цильмой они пожертвовали из-за тепла, а у Павла Филипповича такое смачное описание праздника оленеводов… Вот только в старинном русском селе Усть-Цильма нет оленеводов и никогда не было.

Усть-Цильма — одно из самых древних сел Европейского севера. Зарождение и основание Усть-Цильмы связано с именем Новгородца Ивашки Дмитриева Ластки, которому в 1542 году была пожалована царская грамота на пользование землями по реке Печоре. Усть-Цильма была центром добычи меди и серебра. В 1899 году стала центром Печорского уезда, а в 1929 году — центром Усть-Цилемского района.
Усть-Цильма знаменита своими гуляниями — «Усть-Цилемскими горками». «Усть-Цилемская горка» это весенне-летний хороводный праздник, проводящийся ежегодно в Петров день[2]. В 2004 году «Усть-Цилемская горка» удостоена статуса Республиканского праздника[3].

Усть-Цильма известна также тем, что большую часть её населения составляют староверы-беспоповцы Поморского согласия. В августе 2012 был освящён храм Николы Чудотворца[4], один из крупнейших храмов Поморского согласия, построенных после 1917 года.

А праздник, где метают тынзей на хорей, есть в Нарьян-Маре. Называется он “Северное сияние” и проводится как раз в апреле. Основные соревнования – лыжные гонки, но проводился турнир по мини-футболу, национальным видам спорта, состязались гиревики…

Северное сияние - значок

Северное сияние 1987

Чумработница сайт

Ну, и еще один ощутимый прокол. Оба брата Конюховых обнаружили в Ненецком автономном округе населенный пункт Усть-Печорск.

Однако если кладбище до сих пор хорошо сохрани­лось, то место для живых было выбрано неудачно. Пустозерск постоянно затапливался водой во время наводне­ний. В конце концов жители переселились подаль­ше от реки и основали новое селение под названием Усть-Печорск. Нам оно видно отсюда неясными силуэта­ми домов, но идти в поселок – не входит в наши планы. Зимняя дорога идет по реке Печоре, завтра с утра мы продол­жим путь, и отклоняться от маршрута и терять время нет смысла.

У Федора Филипповича – Усть-Печерск.

В небольшом городишке Усть-Печерск экспедиция встретилась с А.Д.Выучейским, который видел и помнит Травина. Отец Выучейского спас Глеба Леонтьевича, когда он вмерз в льдину. Это случилось во время отдыха. Травин уснул. Льдина треснула. Просочившаяся вода сковала путешественника. Александр Данилович рассказал, как замерзшего велосипедиста тридцатых годов привели в чум, обогрели, оттерли спиртом. Легенда о человеке с “железным оленем” живет за Полярным кругом и с годами окружается все новыми фактами, которые, может быть, и не соответствуют действительности, но являются примером победы добра над злом. Так, как это бывает в сказке.

У Федора Филипповича – Выучейский Александр Данилович, а у Павла Филипповича – Выучейский Александр Робертович.

Охотник изумленно раскрыл глаза: «А я его видел. Очень давно». Теперь настал наш черед удивляться. Александр Робертович Выучейский, как звали нашего нового знакомого, из раннего детства вынес в памяти краткий эпизод о том, как однажды распахнулась дверь, и в их дом вошел большой мужчина с длинными волосами. У него был тоже велосипед. Возможно, сам Александр Робертович давно забыл бы эту встречу, но о странном незнаком­це часто потом вспоминал его отец.

Что это за Усть-Печорск такой – недалеко от бывшего Пустозерска?

Деревня Устье находится в центре Ненецкого округа, на правом берегу Городецкого шара (рукав Печоры), у озера Городецкого (Пустого, Кормчего), между Пустозерском и бывшей столицей округа, селом Тельвиска. Устье входит в состав Тельвисочного сельсовета. Ближайшая железнодорожная станция — Усинск. Деревня находится за полярным кругом.

деревня Устье

Я рыдаю с этих горе-путешественников.

В конце апреля 1987 года я тоже был в Нарьян-Маре и даже встречался с “путешественниками”. Их действительно было трое: Павел Конюхов, Владлен Крючкин и Григорий Горин (кинооператор). Вот только велосипед был один. Встреча проходила в местном турклубе.

Владлен Крючкин долго нам рассказывал про знаменитое путешествие Глеба Травина и слушать его было очень интересно. Оказывается Павел Конюхов (начинающий путешественник из Находки) собрался повторить маршрут (северную часть) Глеба Травина. А так как путешественник (повторюсь) он очень начинающий, то ему выделили в помощь режиссера и кинооператора с “Центрнаучфильма”.

Встреча проходила вечером, а утром Павел Филиппович честно проехал 10 км по накатанному снежному шоссе от Нарьян-Мара до п. Факел (там базировалась Ленинградская сейсморазведочная экспедиция). Далее он загрузился вместе с велосипедом в вахтовку и отбыл на ближайшую вертолетную площадку.

Не верите, что велосипед был один? Читаем у старшего брата.

Два дня мы рубили из сухих деревьев плот. Приспособили к нему два весла – спереди и сзади. И поплыли к Енисею.
Редко приставали к берегу. Во время одной из стоянок нам сказочно повезло. Нашли самую настоящую печку-буржуйку, набрали дров. Пыхтит наш пароход по реке, отмахивает за сутки километров по пятьдесят-шестьдесят.
Мы вспоминаем, что и Глебу Травину приходилось пользоваться водным транспортом. Об этом рассказывали нам старожилы Севера. Большой участок своего арктического пути от Дудинки он преодолел на пароходе.
Приближался Туруханск. Но перед самым финишем случилась беда. Плот налетел на какое-то подводное препятствие и развалился на две части. Два велосипеда утонули сразу же. Один, помятый бревнами, мы сумели спасти. Спасли и рюкзаки со снаряжением.

А теперь уточним из замечательной книжки Павла Филипповича – откуда он выехал и куда?

П. Конюхов "Навстречу солнцу"

Почти знаменитый путешественник в 2016 году решил не рисковать и не поместил на свою карту город Архангельск. А теперь посмотрите на карте место финиша в 1987 году.

А что там у старшего брата?

Мокрые, лишившиеся машин, мы стояли перед Туруханском. Нашли дорогу, потащились по ней. Навстречу попался старичок на телеге. “Куда металлолом несете? – спросил он у нас, показывая на велосипед. – Отдали бы мне на запчасти. Внукам надо подремонтировать энти коляски”.
Мы отдали ему последнего нашего друга без сожаления. Потому что из более чем трех тысяч километров, пройденных до Туруханска, только тысячу ехали на них. А весь остальной путь было наоборот.
В Норильск прилетели самолетом, потому что там нас ждал один из членов штаба велопробега. Больше двадцати дней мы не могли дать в Находку ни одной весточки, и нас прибыли разыскивать друзья. Но их опасения оказались напрасными, как и скепсис многих туристов в северных городах, с которыми мы знакомились по пути. “На велосипедах вы не пройдете по тундре”, – говорили они. Мы проехали, прошли, протащили на себе три машины почти до самого Енисея.

Старший брат решил, что до Туруханска будет достаточно… Теперь прочитаем, чем закончилась книжка Павла Филипповича.

Филипп нас предупредил, что будет ждать, а чтобы мы не перепутали адрес, у двери поставит лыжи. Так, воспользовавшись опознавательным знаком, мы без ошибки звоним в нужную дверь. Хозяин гостеприимно распахивает двери. После традиционного чаепития стол освобождается, и Филипп приносит и показывает нам свои различные сувениры, связанные с экспедицией. Здесь и большой нож, подаренный ему в Норвегии, и лыжи с надписью «Советская Россия», и малица, которая согревала его в том походе. Каюр делится с нами опытом продвижения по зимней тундре, дает полезные советы. Говорит: «Завидую вам, что вы идете, и тому, что идете с запада на восток». Оказывается, они, двигаясь в обратном направлении, все время скучали по солнцу – солнце постоянно светило в спину, а хотелось почувствовать теплые лучи на лице. И эту тоску по солнечному теплу ощущали все члены экспедиции. Ну что же, нам повезло, и мы приглашаем Филиппа Ардеева с собой. Однако Филипп отказывается, объясняет, что сейчас связан работой в местной кочегарке, а отопительный сезон еще не закончился, его не отпус­тят с работы. Заговорив про работу, каюр возмущается, говорит, что перестал чувствовать себя ненцем, стал забывать про тундру. Вспоминает, что его дед один держал оленей больше, чем сейчас находится в совхозных стадах. А он, прирожденный пастух, остался без работы, прозябает в какой-то кочегарке и мяса не видит по месяцу. Нам нечем его успокоить, и, поговорив еще немного о здешних делах, мы прощаемся и уходим.

Нас ждут новые километры и бескрайние просторы полюбившегося Севера. Еще раз отдохнем в тепле, а ­завтра опять испытания.

Павел Филиппович пошел в гости к нарьянмарцу Филиппу Ардееву, послушал его рассказы о суровой тундре и решил никуда не ехать из Нарьян-Мара. Тем более дали ему гоночный велосипед. А как на нем ехать до самого Туруханска?

спортивный велосипед

Подведу итог. Велопутешествие Павла Конюхова и Ко в 1987 году (от Архангельска в сторону Уэлена) – фейк.
Но фейк не простой, а тщательно подготовленый…

Продолжение следует.

Как воровали в Царской России…

Продолжение. Начало здесь.

Из чего были сделаны здания телеграфных станций?

а Товарищество асфальтового и бетонного производства «Бодо Эрестофт К°» подрядилось «…из своих материалов и своими рабочими осуществить постройку зданий для радиостанций в Архангельске, Югорском Шаре, на острове Вайгач и на полуострове Ямал (Маре-Сале) с жилыми домами и кладовыми при них из бетонных пустотелых камней общей стоимостью 149601 руб. 42 коп.».

Прочитаем – сколько времени они смогли простоять за Полярным кругом.

Более объективную картину происходившего на Карских радиостанциях дал Н. П. Георгиевский, побывавший в составе экспедиции Почтово-телеграфного ведомства,
обеспечивавшей доставку на станции продовольствия и горюче-смазочных материалов. Прибыв в Югорский Шар, Георгиевский отмечал:

“Радиостанция с моря выглядит приветливым, беленьким поселком, увенчанным стройной радиомачтой. Иное впечатление получилось при непосредственном осмотре. Дома большие на темном фоне тундры оказались сильно потемневшими от времени и уже покрытыми массой мелких трещинок. Внутренность зданий вполне соответствовала наружному виду: темная, в желтоватых пятнах поверхность потолка и стен; сырой, затхлый воздух. На внутренних стенах трещины местами значительны. Обстановка незатейлива. Печи небольшие чугунки.

Чиновники и сторожа рассказывали, что зимой, когда стояли многоградусные морозы, они топили эти чугунки. Печи быстро накаливались докрасна, и температура в комнатах резко поднималась до 25 градусов и выше. В воздухе появлялся пар. Становилось жарко; стены отпотевали и по ним струились потоки воды, замерзавшие ночью на стенах. Таким образом, после нескольких раз
последовательного нагревания и охлаждения стены покрылись льдом толщиной в два пальца. Жили все время в шубах; отдыхать от сырого воздуха выходили на улицу. Пища была однообразная.
В таком же состоянии мы нашли и все остальные станции; всюду чугунные печки, иные без вьюшек; сырость, ссохшиеся полы и потрескавшиеся стены”.

Из сказанного можно сделать вывод, что как Технический строительный комитет Министерства внутренних дел, так и Строительная часть ГУПиТ, разрабатывая рекомендации о выборе типов зданий для Карских радиостанций, не учли местные климатические и почвенные особенности. Решение использовать бетонные здания было продиктовано исключительно соображениями пожаробезопасности. Вместе с тем бетон, являясь материалом хрупким, установленный на почве, интенсивность и глубина оттаивания которой была неравномерной с южной и северной стороны зданий, а
также внутри и снаружи построек, подвергался деформации и разрушался.

В навигацию 1914 года в Карское море была направлена экспедиция, в состав которой от ГУПиТ вошли начальник Архангельского почтово-телеграфного округа Н. П. Лапин, главный механик округа В. Ф. Федоров и столоначальник ГУПиТ В. А. Тарасов. Экспедиция заменила в станционных и жилых зданиях чугунные печи кирпичными, снабдила станции мебелью, кухонным инвентарем, продовольствием и всем необходимым. Представители ГУПиТ произвели освидетельствование построек и, несмотря на уже наметившиеся признаки их разрушения, признали “наиболее целесообразным типом зданий, пригодных для жилья и станционных помещений, хорошо сопротивляющихся морозу, сохраняющих тепло внутри, обладающих огне-
стойкостью и долговечностью” пустотелые бетонные конструкции.

Наиболее интенсивно разрушение зданий происходило на Ямале, менее интенсивно на Вайгаче. В теплое лето 1915 года почва на Маре-Сале оттаяла довольно значительно, что привело к сползанию грунта в море. В результате склон холма, на котором находилась станция, осел и станционное здание “словно разломилось и одна
стена сдвинулась со своего места на 2–3 пальца в сторону; под полом образовалась пустота и пол в машинном отделении провалился, машина осела”.
На Вайгаче для укрепления стен были устроены контрфорсы, однако спустя год из-за оттаивания грунта под этими конструкциями они просели, не выполнив своего
предназначения.

Нежелание руководства ГУПиТ признать ошибочность решения о постройке бетонных зданий для радиостанций продолжалось и в последующие годы. Впервые вопрос о непригодности станционных построек, аварийное состояние которых стало представлять реальную угрозу жизни людей, их жизнедеятельности и физической
сохранности машин и приборов, был поставлен в 1917 году.

Побывавший в августе на ледоколе “Владимир Русанов” на Вайгаче и в Югорском Шаре инженер Архангельского почтово-телеграфного округа 12 октября докладывал, что все стены зданий покрыты трещинами в 1–1,5 дюйма; часть стен лежит всецело на дверных косяках, в
некоторых местах превращенных в щепу. Из-за осадки фундамента началось разрушение потолка из бетонных плит.

Особенно подверглись разрушению внутренние стены зданий. Дымоходы печей забиты сажей, из-за чего дым проникает в помещения станций, придавая им “вид
кузницы”, а не жилого дома. Хотя в зданиях произвели мелкий ремонт, достичь этим гарантии предотвращения дальнейшего разрушения построек было невозможно, в
связи с чем признавалось “во избежание дальнейших ежегодных расходов и безопасности служащих устройство деревянных домов не только желательным, но и крайне
необходимым”.

После доклада Н. П. Лапина о состоянии северных радиостанций народному комиссару по Министерству почт и телеграфов П. П. Прошьяну, последовало распоряжение о возможности замены бетонных зданий в Югорском Шаре деревянными с представлением соответствующего проекта и сметы.

Как видим, здания из бетонных пустотелых камней продержались аж до 1917 года.

Но вот какая странность, менять бетонные здания деревянными решили только в Югорском шаре. Почему? А давайте посмотрим на один любопытный документ, который хранится в Центральном Государственном историческом архиве (г. Санкт-Петербург).

Первый лист
кадр-2
Кадр-3
кадр-04
кадр-05
кадр-06
кадр-07
кадр-08
кадр-09
кадр-10
кадр-11
кадр-12
кадр-13
кадр-14
кадр-15
кадр-16
кадр-17

Представляете? Все четыре станции построили, но не хватило почти 80 тысяч рублей. Давайте вернемся и посмотрим, а сколько планировали истратить на каждую радиостанцию?

кадр-04

На две большие по 100 тысяч рублей – итого 200000. На две малые – по 40 тысяч рублей? Стоп, давайте к 40 прибавим 40 и получим? Правильно, недостающие 80 тысяч рублей. А чтобы совпадение не так сильно бросалось в глаза – запишем 78700 рублей.

Для усиления моей догадки вернемся вот к этому “документу”.

кадр-2

Внимательно прочитаем текст.

“Об отпуске 78,700 руб. недостающих на покрытие расходов по окончанию сооружения радиотелеграфнОЙ станцИИ на Карском побережье – в Югорском Шаре, на о. Вайгач и мысе Маре-Сале”.

Видите – всё по Фрейду.

Интересно, прокатило у этих жуликов или нет?

проект

Продолжение здесь.

Остров Вайгач

Продолжение. Начало здесь

А теперь пришло время познакомиться с тем местом, куда приехал на велосипеде, известный в узких кругах путешественник вокруг света, Глеб Травин. Напомню – член общества “Динамо”.

журнал "Север" (сайт)

Я не буду оформлять этот текст цитатой, так как не буду его комментировать.

МЫ ВСТРЕТИМСЯ С ТОБОЙ НА ОСТРОВЕ ВАЙГАЧ

Россия возвращается в Арктику: факт, требующий всестороннего осмысления феномена грандиозных свершений первопроходцев, обживавших в 30–40!х годах прошлого века полярные острова, пустынные побережья арктических морей, добывавших руду, прокладывавших ледовый тракт Северного морского пути. В этом ряду остров Вайгач являет достойный пример.

ОСТРОВ КАМЕННЫХ ИСТУКАНОВ

Между южной оконечностью Новой земли и матерым берегом Югорского полуострова распласталась каменная туша острова Вайгач. Известный путешественник Василий Иванович Немирович-Данченко, побывавший на нем в конце XIX века, так описывал бесноватый характер проливов, отделяющих остров от суши: «Поразительную картину представляет Корсай (Карские ворота). <…> В этих узких дефилеях вода иногда мчится с невыразимою быстротою. Громадные льдины, заносимые сюда из океана западными и северо-западными ветрами, крошит вдребезги. <…>Плавание Югорским шаром было бы безопасно, если бы на нем не было одновременно двух совершенно противоположных течений: первое вдоль континента из океана в Карское море и второе вдоль Вайгача из Карского моря в океан. Фарватер при этом определяется весьма неточно. Не говоря уже о рифах, усеивающих побережье острова. Корабль легко может попасть в течение, обратное своему кругу, и тогда его не выручат и паруса». Свой крутой нрав проливы в полной мере проявляют и в наши дни. Современная лоция предупреждает: «плавание в акватории острова в любую пору непредсказуемо и опасно». Аналитики отмечают его важное стратегическое значение, считая проливы восточными воротами в Карское море, а Вайгач замком, надежно их запирающим, и не без основания утверждают – кто владеет островом, тот владеет Полярным бассейном.

О происхождении названия острова существуют разные мнения. Голландские мореплаватели называли его «waaiengat» – «врата ветров», самым жутким и загадочным островом «Молочного» (Ледовитого) океана. По описанию одного из участников экспедиции Стефана Барроу (1556), искавшей северо-восточный проход в Китай «…остров, окруженный со всех сторон кипящим океаном, своими черными острыми скалами, торчащими из бездны, более напоминал ад на земле, чем спасительную бухту для уставших от многомесячной борьбы с океаном пилигримов».

Некоторые ученые полагают, что название произошло от ненецкого «Вай Хабць», «земля смерти», другие, например известный специалист по ономастике В.А. Никонов, производят название от нарицательного ненецкого «вайгач», переводимого как «наносной, намывной, низменный». А вот географ С.А. Огурцов связывает его с именем русского промышленника помора Ивана Вайгача.

Первое достоверное описание острова произвели в июле 1826 года участники гидрографической экспедиции Ивана Никифоровича Иванова. Историки считают, что Вайгач был известен поморам бассейнов рек Мезнени, Северной Двины, Печоры еще со времен заволоцкой чуди (XI–XIV вв). Промышляя морского зверя у южной оконечности Новой Земли и материкового берега Карского моря, они часто укрывались на нем от свирепых штормов. Как повествует предание, однажды самоедам, оставшимся зимовать на северной оконечности острова (мыс Болванский), явился из моря утес наподобие человека. Лик его напоминал лицо самоедки, и пришельца назвали Хэдако (Старуха). Хэдако стала для дикарей Матерью Земли, покровительницей промыслов и защитницей от болезней. Другой идол, Вэдако (Старик), вскоре объявился в самой южной точке острова (мыс Дьяконова). Этот семиликий деревянный истукан считался покровителем охоты, оленеводства и домашнего очага. Его окружала свита небольших деревянных идолов, отдаленно напоминавших мужчин, женщин и детей.

Недалеко от места, где появился Вэдако, в земле имелся пролом в виде естественного колодца, выходящего в пещеру, связанную с открытым морем. По рассказу архангелогородского архимандрита Вениамина, побывавшего летом 1827 года на Дьяконовском мысу: «Вой и гул, раздающийся в пещере во время сильных ветров, внушал самоедам суеверный ужас, и … они благоговели пред этим местом». Именно сюда, считают краеведы, к священному провалу в земле, окруженному деревянными и каменными изваяниями, устремлялись перед началом промыслового сезона самоеды из Большеземельской тундры, Полярного Урала, Ямала и даже низовьев Оби. Каждый из прибывавших устанавливал своего небольшого родового идола и совершал обряд кровавого жертвоприношения в полной уверенности, что Хэх Сей наградит его удачей на промыслах и не оставит в беде. Постепенно идолы заполонили большую часть труднопроходимой островной суши, а Вайгач на долгие века стал священным местом, где не только запрещалось селиться, но и охотиться, рвать траву и цветы, оставлять бытовой мусор, а женщинам – ходить без специальных железных пластин на обуви.

Первыми из европейцев самоедских идолов обнаружили в 1556 году участники экспедиции С.Барроу. Вот как вспоминает эту встречу сэр Уильям Рэндольф: «Скалистая земля сплошь была покрыта туманом. Он перемещался и кипел, поэтому нам с трудом удалось разглядеть то, что ожидало нас впереди. Ужасные изваяния из дерева и камня, представляющие собой человеческие изображения, вымазанные кровью, имеющие устрашающий вид, встретили нас на плато. <…> Самоеды, одетые в странные платья, сшитые, видимо, из шкур, появились из тумана. Сколько их было, сказать никто не мог. Но по тому, как они стояли, держа перед собой огромные луки и выставив вперед длинные колья, мы поняли: вперед нам пути нет». Высадившиеся 21 июля 1594 года на Вайгач моряки экспедиции Вильяма Баренца насчитали на острове порядка 300–400 деревянных и каменных идолов.

Ещё в конце XIX века художник Александр Александрович Борисов, много общавшийся с самоедами, пытался отговаривать их от жестоких и бессмысленных обрядов кровавых жертвоприношений. «Нехорошо, – наставлял он дикарей, – приносить человеческие головы Сядэю (Хэх Сею. – Авт.), это безнравственно и противно велениям Бога, но те отвечали: «Да потому-то мы и делаем это, что противно Богу. Ведь это мы делаем не для Бога, а для Сядэя. А дьявол любит, чтобы мы делали худо, и за это нам пригонит много-много зверя и рыбы». Археологическая экспедиция Л.П.Хлобыстина (1984–1987) установила, что некоторые самоедские идолы принадлежат разным древним культурам народов Севера и представляют историческую ценность, а начальник морской арктической комплексной экспедиции (МАКЭ) историк Петр Боярский называет Вайгач единственным сакральным островом на Земле, имеющим «для истории человечества даже большее значение, нежели знаменитый остров Пасхи». Известный исследователь таинственной Гипербореи В.Н. Дёмин идет ещё дальше, утверждая, что остров Вайгач – одно из немногих мест зарождения земной цивилизации.

ПЕРВЫЕ ВАЙГАЧСКИЕ ПОЛЯРНИКИ

Вскоре после гибели в Порт-Артуре броненосца «Петропавловск» (31 марта 1904 г.) в Главный морской штаб из Парижа пришло письмо от известного полярного исследователя В.А. Русанова. «К сожалению, мы слишком мало знаем наши полярные области, – писал Владимир Александрович, – и, в частности, Северный Ледовитый океан, чтобы с полной уверенностью ответить на столь важный теперь для нас вопрос: ежегодно ли освобождается ото льда полярное море вдоль всего северного побережья Сибири и как долго оно остается свободным? Неисследованность этого вопроса требует срочных мер по отправке в район Карского моря специальной экспедиции, оснащенной средствами и способами сколько возможно быстрой доставки депеш. Для этого не следует жалеть ни материальных затрат, ни личных сил, поскольку они несравнимы с возможностью перебросить наш флот через Северный Ледовитый океан из Атлантического океана в Великий и обратно». Однако лишь через семь лет после этого письма Государственный совет и Государственная дума одобрили, а император 26 мая 1911 года утвердил закон «Об отпуске из Государственного казначейства средств на устройство четырех радиотелеграфных станций на побережье Карского и Белого морей», а Товарищество асфальтового и бетонного производства «Бодо Эрестофт К°» подрядилось «…из своих материалов и своими рабочими осуществить постройку зданий для радиостанций в Архангельске, Югорском Шаре, на острове Вайгач и на полуострове Ямал (Маре-Сале) с жилыми домами и кладовыми при них из бетонных пустотелых камней общей стоимостью 149601 руб. 42 коп.».

Первая партия рабочих прибыла на мыс Костяной на северо-западной оконечности острова Вайгач 1 августа 1912 года. Однако сильные морозы, ударившие необычайно рано, вынудили вскоре прекратить все работы. На объекте зимовать остались два сторожа, Е.А.Лысков и А.И.Моргунов, имея годовой запас продуктов. Летом следующего года пароход «Дан», доставивший на остров грузы, строителей и партию монтажников, вышел встречать едва державшийся на ногах Е.А. Лысков. Высокий, широкоплечий и крепкий мужчина, каким знали его по прошлому году, оказался тяжело больным цингой. Его напарник А.И. Моргунов вообще не мог передвигаться и все дни лежал на полатях в бане.

Обеспокоенное этим ЧП руководство Русского общества беспроволочных телеграфов и телефонов (РОБТиТ) обратилось с письмом к главному врачу больницы Санкт-Петербургского почтамта с просьбой решить вопрос о выделении медицинских работников на станции, поскольку «в этих пунктах не только скорой, но и вообще какой-либо врачебной помощи служащим оказывать не представляется возможным». Ответ последовал в лучшем духе российской бюрократии: на первое время снабдить радиостанции популярным лечебником доктора С.Н.Алмазова «Полная народная школа здоровья», а пока создать особую комиссию с привлечением врачей и представителей радиостанций для выработки «комплектования необходимых для данного случая аптечек»…

Официально радиостанции на острове Вайгач и в Югорском Шаре начали действовать с 1 февраля 1914 года, а пять месяцев спустя Санкт-Петербург захлестнул вал газетных публикаций о бедственном положении первых полярников. «Деятельность новых радиотелеграфных станций, – возмущался корреспондент «Нового времени», – началась с отчаянной телеграммы, сообщающей, что все сторожа, как и предыдущие, оказались больны цингой. <…>В довершение всего в новых постройках, сделанных из пустотелого кирпича, царил страшный холод и их никак не удавалось натопить. На сделанный запрос о количестве провизии последовал ответ, что в наличии осталось 12 мешков муки, 88 пудов сухарей, 7,5 пуда масла, горох, крупа, немного консервов, кофе, какао. Словом, та провизия, которая обеспечивает вновь прибывшим в самом недалеком будущем цингу».

Как всегда в таких случаях, власти обвинили газеты в тенденциозности, а журналистов в некомпетентности, объяснив недомогание сторожей «неподвижным образом жизни и ленью, доходившей до нежелания приготовить себе пищу и питавшихся преимущественно чаем, хлебом и сахаром». Однако побывавший годом позже на станции «Вайгач» архангельский инженер Почтово-телеграфного ведомства Н.П. Георгиевский отмечал: «На внутренних стенах зданий трещины местами значительны. Чиновники и сторожа рассказывали, что зимой, когда стояли многоградусные морозы, они топили печи-чугунки. Печи быстро накаливались докрасна, и температура в комнатах резко поднималась до 25 градусов и выше. В воздухе появлялся пар. Становилось жарко; стены отпотевали, и по ним струились потоки воды, замерзавшие ночью на стенах. Жили все время в шубах; отдыхать от сырого воздуха выходили на улицу. Пища была однообразная». Прибывшая на законсервированную радиостанцию в 1914 году очередная комплексная комиссия увидела просевшие здания, иссеченные трещинами, но строители упорно стояли на своем: «наиболее целесообразным типом зданий, пригодных для жилья и станционных помещений, хорошо сохраняющих тепло внутри, обладающих морозостойкостью, огнестойкостью и долговечностью, являются пустотелые бетонные конструкции». Наскоро сложенные кирпичные контрфорсы по углам здания, как только пригрело полярное солнце и земля под ними протаяла, отделились от стен, став совершенно бесполезными.

Но самое невероятное заключалось в том, что в штатные расписания полярных станций «забыли» включить гидрометеорологов, без которых наличие дорогостоящих радиотелеграфных «полярок» теряло всякий смысл. В мае 1914 года Министерство промышленности и торговли обратилось в Главное управление почт и телеграфов (ГУПиТ) с просьбой разрешить «за особое вознаграждение» почтово-телеграфным работникам, зимующим на Карских радиостанциях, производить необходимые гидрометеонаблюдения. Так сотрудники радиотелеграфных станций стали еще и гидрометеорологами.

РУДОЗНАТЦЫ

О богатстве недр Вайгача знали со времен царя Алексея Михайловича. Хроники сообщают, что в 1666 году «пустозерский стрелец Федька Мартемьянов Шадра в съезжей избе подал воеводе Пустозерского острога Василию Григорьевичу Дикову «отыскную руду». <…>ее послали в Москву, а оттуда пришел приказ «руды той отыскать пудов пять или шесть и места описать нынешною зимой». Приказ выполнили, но что за руду отыскали на Вайгаче, мы, к сожалению, не знаем.

Мезенский краевед Николай Окладников обнаружил, что спустя столетие крестьянин Кеврольского уезда Илья Дворяншин летом 1776 года на северо-западном берегу острова Вайгач нашел неизвестную руду («снаружи бела, а внутри казались звездки и имеет тяжесть»), но образцы по пути в Пустозерск утерял. В июле 1777 года его доставили на Вайгач. Там он в присутствии купца Ивана Черцова и солдата Пустозерского воинского гарнизона указал место, где нашел руду. Осмотрев привезенные с острова образцы, архангельский губернатор Е.А. Головцын 23 марта 1778 года отправил их в Берг-коллегию. И опять осталось неизвестным, что за руду привезли с Вайгача и какова дальнейшая судьба рудознатца.

Затем наступил долгий «сезон молчания», пока в 1921 году геологическая партия под руководством Нестора Алексеевича Кулика не обнаружила на юго-западном побережье острова Вайгач (бухта Варнек, район мыса Раздельный) месторождение полиметаллических свинцово-цинковых руд, представлявших, по убеждению Кулика, промышленное значение. Год спустя экспедиция АН СССР под руководством Александра Константиновича Шенкмана подтвердила официально этот факт в итоговом отчете: «Найденные четыре группы жильных поясов с очевидными запасами, заслуживающими промышленной разведки и дальнейших разведочных и поисковых работ».

Уже в 1930 году вышло закрытое постановление правительства о создании специальной Вайгачской экспедиции ОГПУ под руководством первого начальника Главного управления лагерей ОГПУ Федора Ивановича Эйхманса, имевшего большой опыт работы с заключенными в Соловецком лагере особого назначения (СЛОН). Его заместителем стал бывший начальник охраны Смольного (1917–1918) капитан ОГПУ-НКВД Эдуард Петрович Ская. Научно-изыскательскую часть экспедиции с 1931 года возглавил известный геолог и географ профессор Павел Владимирович Виттенбург, ожидавший приговора по «делу Академии наук». Ему инкриминировали участие в монархическом «Всенародном союзе борьбы за возрождение свободной России» и «вредительство в области экспедиционных исследований». Тройка ОГПУ при ЛВО 11 февраля 1931 года определила Виттенбургу высшую меру наказания – расстрел (Ст. 58-2, 10, 11 и 14 УК РСФСР), но ввиду особой важности Вайгачской экспедиции приговор пересмотрели, заменив расстрел 10 годами лагерей. Перед экспедицией стояла архитрудная задача: через три месяца наладить промышленную разработку свинцово-цинковой руды на мысе Раздельный.

ЛАГЕРЬ И ЕГО ОБИТАТЕЛИ

Первые 132 человека Вайгачской экспедиции во главе с тридцатитрёхлетним латышом Федором Эйхмансом высадились на берегу бухты Варнека в середине июля 1930 года, а уже через два месяца там появились первые казармы для заключенных, жилые дома для сотрудников экспедиции и служебные постройки управления лагеря. На рейде в постоянной готовности к вылету дежурил гидросамолет «Дорнье-Валь» полярной авиации «Комсеверпути». Летчики Матвей Козлов и Анатолий Алексеев в круглосуточном режиме производили ледовую разведку и проводку судов обеспечения, доставлявших на остров строительные материалы, оборудование, продовольствие и заключенных.

В отличие от полярной радиостанции на мысе Костяном, в бухте Варнека жилые дома, казармы и служебные постройки возводили из тщательно высушенных струганых сосновых бревен. На архангельских заводах их собирали, подгоняли все венцы, нумеровали бревна и в разобранном виде отправляли на Вайгач. Там бригада плотников в течение 7–10 дней строила здание. Дома получались теплыми и сухими.

К концу сентября на мысе Раздельном заложили первые шурфы двух шахт глубиной до 20 метров по четыре штольни с боковыми штреками протяженностью по 800 метров и незамедлительно приступили к круглосуточной добыче крайне необходимой для промышленности руды. Освещались забои поначалу самодельными коптилками, т.к. в суматохе погрузки в Архангельске забыли отправить на остров шахтные лампы. Их доставили на собаках через Печеру лишь в декабре 1930 года. Всеми работами руководил лично Эйхманс. С зари и до глубоких сумерек он появлялся на разных строительных объектах в сопровождении молодой немецкой овчарки по кличке Вайгач, подаренной, как утверждала лагерная молва, «близким другом Советской России» американским бизнесменом Армандом Хаммером.

Вторая большая партия заключенных численностью 202 человека прибыла на остров 10 августа 1931 года. Среди них был и сорокасемилетний научный руководитель экспедиции профессор Павел Виттенбург. К началу второй зимовки на возвышенности бухты Варнека уже располагался хорошо обустроенный поселок с прекрасным двухэтажным клубом – гордостью вайгачан, лазаретом, радиостанцией, баней, хлебопекарней, магазином, которому по изобилию продуктов мог позавидовать любой магазин в крупном городе на материке. Бесперебойно работали обогатительная фабрика и дизельная электростанция.

Вайгачская экспедиция вступила в пору ритмичной работы, и необходимость дальнейшего пребывания на острове Ф.И. Эйхманса отпала. В октябре 1932 года он, передав дела и обязанности новому начальнику Вайгачской экспедиции сотруднику ОГПУ-НКВД дивизионному комиссару Александру Федоровичу Дицкалну, убыл в Москву на должность заместителя начальника 9-го отдела ГУГБ-НКВД СССР (шифровальная и дешифровальная служба и радиоразведка).

…Это был особый лагерь, каких в разветвленной сети ГУЛАГа, охватившей в 30–50-е годы весь Заполярный Север от Кольского полуострова до Камчатки, насчитывались единицы. Исключительность его состояла не только в тщательно продуманном строительстве, качественном быте зимовщиков, сбалансированном подборе контингента осуждённых, но и в специфике решаемых задач. Кроме промышленной добычи свинцово-цинковой руды на мысе Раздельном и меди в районе губы Долгая, геолого-разведочные партии постоянно занимались, и небезуспешно, поиском драгоценных металлов и ценных минералов не только на острове, но и в районе Амдермы. Бывший вайгачский лагерник, а многие годы спустя – популярный народный артист РСФСР Вацлав Дворжецкий в своей книге «Пути больших этапов» приводит любопытные сведения. Например, о том, что профессорами Витенбургом и Сущинским, с разрешения лагерного начальства, из числа наиболее крепких, грамотных и инициативных молодых заключенных была организована плановая профессиональная подготовка специалистов среднего звена для камеральной обработки и петрографии. «Мы собирали образцы породы,– пишет Дворжецкий, – при этом <…> часто встречались золотые самородки. <…> Когда выдавали новую телогрейку, старую отбирали и тут же сжигали в специальной печке, вентилятором сдували золу, а расплавленное золото оставалось на поддоне из керамики. Иногда немало оставалось. Часто обнаруживались и россыпи благородных камней: рубинов, изумрудов, яхонтов, аметистов, горного хрусталя». Кроме руды, двадцатидвухлетний заключенный по особому распоряжению начальника лагеря изучал быт аборигенов, их сакральные тайны, древние артефакты и магию шаманского колдовства. «Я изучил язык ненцев, – рассказывает Дворжецкий, – ездил на оленьих упряжках по стойбищам, присутствовал на ритуале «священного жертвоприношения» у «пропасти жизни». <…> Святое место! Туда никто не ходил – боялись».

Интересные штрихи лагерного быта сообщает другой колонист – Константин Гурский, отдавший четыре года (1933–1936) острову. «В магазине, – пишет он в книге «Мой Вайгач», – заключенный наравне с вольнонаемными имел право всегда купить не только колбасу, сыр, масло, шоколад, но и мужские костюмы, в которых посещали клуб. Я сам ходил в костюме, купленном на Вайгаче. В поселке не было разграничения между заключенными и вольнонаемными. Все жили рядом, работали вместе и свободно общались». Уже в конце 1932 года заключенные высококлассные специалисты в качестве поощрения за хорошую работу получили возможность вызова на Вайгач своих семей, которые размещались в отдельных домиках на две-четыре семьи. Жен, имевших профессию, устраивали на работу. Например, жену профессора Витенбурга, врача по профессии, приехавшую на остров с одиннадцатилетней дочерью, начальство охотно приняло на должность терапевта лагерного лазарета.

Дочь Виттенбурга Евгения Павловна рассказывает: «Мама сразу включилась в работу санчасти.<…>При медицинском осмотре уголовников (основная часть лагерного контингента. – Авт.) великолепные копии с картин, большей частью В.В.Верещагина, открывались на груди и спине пациентов, вытатуированные мастерами своего дела. Мама говорила, что стоило немалого труда не засмотреться. <…>Уголовники замечательно владели искусством симуляции, поэтому приходилось постоянно быть начеку. Интересно, что суровый арктический климат не способствовал простудным заболеваниям. Люди мокли под дождем, проваливались в воду и – ни насморка, ни кашля».

В доме специалистов, где профессору Виттенбургу с приездом семьи выделили две смежных комнаты, было уютно и тепло. Об этом заботился постоянно живший в пристройке пожилой заключенный из Харбина. «Родители, – вспоминает Евгения, – с утра уходили на работу, а я по определенным дням посещала школу. Так как дети были разного возраста, то со мной одной занимались учителя – заключенные. Физикой и математикой – один, русским языком и литературой – другой, немецким языком – третий. Это были четвертый и пятый классы средней школы. В результате по возвращении в Ленинград я поступила в тот же класс, который оставила, уезжая, но он теперь уже был шестым…»

Пусть этот рассказ не покажется читателю лубочной картинкой, красивым лагерным мифом или, более того, желанием автора подсластить горькую историческую пилюлю ГУЛАГа. Нужно самому пожить, а я отдал в начале 60-х годов прошлого века собрату Вайгача острову Кильдин шесть незабываемых лет, чтобы понять прагматизм и логику руководителей Вайгачской экспедиции, обустраивавших быт небольшой колонии на берегу богом забытого полярного острова. Задачи, которые предстояло решить, иными методами реализовать просто невозможно, и тупая сила здесь не советчик. Перед полярной стихией с бесконечными лютыми штормами, адскими холодами, затяжной полярной ночью, разъедающей психику, дикой природой все равны, и наплевательского отношения к людям Крайний Север никогда не прощал, пример тому – первые радиотелеграфные полярные станции. Но если там чиновникам, как обычно, все сошло с рук, то данный случай – особый. Провал Вайгачской экспедиции ОГПУ для них означал одно: незамедлительный расстрел. А страх, как известно, заставляет инстинктивно принимать защитные меры.

… И все же это был лагерь, с жесткой дисциплиной, вымуштрованной охраной, оперативным отделом ЧК, карцером в заброшенной шахтной разработке, прозванным заключенными «могилой», следственным изолятором, наказаниями в виде увеличения сроков за совершенные проступки. И, конечно же, тяжелой круглосуточной работой на рудниках. «За бухтой Варнека,– вспоминает Вацлав Дворжецкий, – в десяти километрах от лагеря свинцовые, цинковые рудники. <…> Рудники жуткие! Людей в ствол спускают «бадьей», вручную, коловоротом, как в колодец. Вагонетки, груженные рудой, выкатывают наверх тоже вручную. В забоях орудие шахтера – отбойный молоток (компрессор снаружи), освещение – лампочка на каске. Крепление слабое – вечная мерзлота, «жила» узкая – в забое работаешь лежа киркой. <…> Этот каторжный труд, суровый арктический климат, пустынный каменный остров, особенно унылый в осеннюю и зимнюю пору, выдерживали не все». Много людей гибло в рудниках, то из-за обвала породы, то из-за обрыва клети с горняками, а то сорвавшаяся со стопоров вагонетка с рудой подавит людей.

Однажды осенью на глазах у всего поселка в каких-то десятках метров от берега погибла партия шахтеров, морем возвращавшихся с Раздельного. Карбас, увязнув в сале (каша из ещё не смерзшегося льда), не смог подойти к причалу. Все попытки помочь обреченным оказались безуспешными. Крепчавший мороз и налетевшая метель заглушали жуткие крики о помощи. «Только через две недели, – сообщает Дворжецкий, – когда лед окреп, вырубили их, уложили в штабеля, закрыли брезентом – временная могила. Летом схоронили в пустых шурфах, они и сейчас там целенькие – вечная мерзлота…»

КОНЕЦ ВАЙГАЧСКОЙ ЭКСПЕДИЦИИ

Судьба Вайгачского рудника оказалась недолгой. Уже в марте 1934 года в один из промежуточных штреков шахты Раздельная стали поступать криопэги – подземные соленые воды с отрицательной температурой. К 16 марта 1935 года дебит притока составил 147 м3/час, и рудник оказался полностью затоплен до уровня воды в бухте Варнек. Случилось то, чего больше всего опасался Виттенбург: скальные породы, изрезанные прослойками ископаемого льда, и трещиноватый известняково-доломитовый массив не выдержали проходческой нагрузки.

Работы в забоях срочно прекратили. Рудник перевели на мокрую консервацию, 1100 человек заключенных, оставленных на зимовку, приступили к демонтажу оборудования и переброске его на Амдерминское флюоритовое месторождение. По мере высвобождения людей отправляли на строительство железной дороги Воркута – Югорский Шар, часть вывезли с Вайгача в Архангельск на строительство железной дороги Исакогорка – Молотовск (ныне Северодвинск), часть перевели на рудник в Амдерму.

Последнюю партию заключенных зимой пешим путем отправили с острова в Воркуту. Этот тяжелейший переход выдержали немногие…

ПОКИНУТЫЙ ОСТРОВ

Профессор Павел Владимирович Виттенбург 12 июля 1935 года был освобожден из заключения «по отбытию срока с полярным зачетом». Он вновь вернулся на Вайгач в апреле 1940 года, возглавив Вторую Вайгачскую экспедицию в должности старшего геолога Арктического института. Предстояло произвести повторную всестороннюю прогнозную и промышленную оценку рудных и ценнокаменных месторождений острова. Однако вторжение фашистских войск в нашу страну перечеркнуло все планы. В проливах и акватории острова Вайгач появились немецкие подводные лодки, и 17 октября 1941 года экспедицию эвакуировали в Архангельск.

В сентябре 1950 года на мысе Болванский нос, что примерно в 13 километрах северо-восточнее прежней радиотелеграфной полярки, открыли новую метеорологическую станцию МГ-2 имени академика К.Е. Федорова. На ней 13 сентября 2009 года начальник полярки в пылу возникшего конфликта убил своего подчинённого. Вслед за этим ЧП в декабре того же года из-за неопытности и пьянства механиков оказалась размороженной вся отопительная система станции, и людей пришлось срочно эвакуировать на материк, а станцию законсервировать. Её расконсервировали лишь в 2012 году после ремонта и замены неисправного оборудования. В настоящее время станция работает в круглогодичном режиме.

Дальнейшая судьба уникального острова неопределенна. Сейчас в поселке на берегу бухты Варнека в 23 трех домах обитает около ста человек, выживая в основном охотой и рыбной ловлей. На острове давно уже нет школы, да и учить детей некому, поэтому к первому сентября всех немногочисленных школяров свозят в школу-интернат Нарьян-Мара. Молодежь, не имея перспективы, покидает остров, а старики обреченно доживают свой век.

С 2007 года Вайгач объявлен заказником областного значения. Путешественники, побывавшие на острове, сообщают, что сейчас идолов на острове практически не осталось, те, что сохранились в труднодоступных для посещения местах, либо повалены, либо находятся в жалком состоянии. Местные жители, охотно показывающие их за вознаграждение, к сожалению, почти ничего не могут рассказать об их предназначении, поскольку плохо знают историю своих предков. Что же до перспектив геологоразведки знаменитых вайгачских руд, то сообщений на сей счет на сегодня не имеется.

Некоторые ученые и специалисты предсказывают оживление острова Вайгач с началом промышленной разработки Штокмановского газоконденсатного месторождения у юго-западного побережья Новой Земли и возрождением функционирования Северного морского пути. Поживем – увидим. Главное, в пылу технического бума не потерять уникальный остров с его неразгаданными тайнами и надежно упрятанными природой подземными богатствами…

Продолжение здесь.